aif.ru counter
378

Все беды от взрослых. С какими проблемами сталкиваются кировские дети

Уполномоченный по правам ребёнка Владимир Шабардин о нюансах своей работы.

Общение с детьми – один из самых светлых моментов в работе уполномоченного.
Общение с детьми – один из самых светлых моментов в работе уполномоченного. © / Аппарат уполномоченного по правам ребенка по Кировской области

В феврале Владимир Валерьевич был избран на второй срок. Сомнений в том, чтобы продолжить свою деятельность, у него не было – не бросать же начатое на полпути.

Своё первое «дело», связанное с Санчурской школой-интернатом, Шабардин вспоминает часто, хотя прошло почти 5 лет. И не только потому, что дети там голодали, бродяжничали, воровали продукты, а администрация учебного заведения успокаивала особо ретивых сильнодействующими психотропными препаратами. Просто эта история заставила расстаться со многими иллюзиями, в том числе и насчёт того, что все вокруг готовы бороться с несправедливостью и нарушением закона.

Чиновники – разные

Елена Курбатова, АиФ: - В силу своей должности, наверное, вы для многих неудобный человек?

Владимир Шабардин: - Однажды судьба свела меня с первым европейским комиссаром по правам человека Альваро Хиль-Роблесом. И мне запомнились его слова: «Когда я выйду на пенсию, из друзей у меня останется только собака». Это работа не предполагает большой любви со стороны чиновников. Люди приходят с проблемами, которые, соответственно, кем-то не были решены.

- Бюрократизм мешает работать?

- Большинство чиновников – прекрасные люди, которые искренне стараются что-то сделать. Хотя есть и те, кто не хочет делать ничего. Мы два года бились над созданием банка данных семей, которым требуется особое внимание. Подтолкнул случай: помните, девочка выпала из окна пятого этажа дома на ул. Некрасова? Когда стали разбираться, оказалось: Вика - ребёнок-невидимка. Даже соседи не знали, что в семье не две, а три дочери. Она не посещала ни школу, ни детсад, ни поликлинику. Но формальных признаков неблагополучия семьи не было. А при наличии единого банка данных, сформированного по принципу «здравоохранение – образование – соцпомощь», как, например, в Тюмени, её бы удалось отследить. До сих пор вопрос не решён, хотя на это требуются не такие большие средства. Не хочу кого-то обвинять, но мы имеем то, что имеем.

А вот пример того, как фактически за год был реализован другой большой проект. Мы сформировали пакет документов об организации службы ранней помощи, которая объединила бы в себе медиков, педагогов, соцработников. Она нужна, чтобы понять, как работать с каждым конкретным ребёнком, особенно из группы риска. Если говорить о медицинских аспектах, то это родившиеся недоношенными или раньше срока, пережившие асфиксию при родах, дети с ДЦП, с синдромом Дауна, и многие другие. Если о социальных, то дети алкоголиков и наркоманов. Буквально через месяц после нашего обращения к вице-губернатору Дмитрию Матвееву была создана рабочая группа. Прошло уже два обучающих семинара для специалистов, найдено помещение и определена конкретная дата открытия службы в этом году.

Проблемы ребенка порой решаются слишком медленно. Фото: АиФ/ Ольга Степанова

- Бывает, что семью контролируют разные службы, но в ней всё равно что-то случается. Почему?

- Причины и в несогласованности действий, и в отсутствии межведомственного взаимодействия, и в формальном подходе к делу. Вспоминается ситуация в Малмыжском районе. Мальчик, четвероклассник, из-за проблем в школе оказался в предсуициидальном состоянии. Шесть с лишним часов мы обсуждали происходящее в кабинете директора в присутствии мамы, родителей других детей, классного руководителя, представителя районной комиссии по делам несовершеннолетних. Это было в декабре. А в марте на мой вопрос: «Что было сделано для ребёнка?» прозвучал ответ: «Мы подыскиваем ему специалиста». Через три месяца после того, как это нужно было сделать! Так что среди чиновников есть очень активные, средние, крайне пассивные, а иногда и противодействующие. Оценивать работу всех не хотел бы, но на местах есть нерешённые проблемы, иначе не было бы роста обращений к нам.

Тратим зря

- Судя по вашему докладу, больше всего обращений в 2014-м году было связано с жилищными проблемами.

- К нам часто обращаются дети-сироты. Но если два года назад это было связано с тем, что им предоставляли жильё в безобразном состоянии, то сейчас проблема сместилась в несколько другую сторону. Речь идёт о невозможности проживания там, где есть закреплённое жильё, потому что оно далеко от места учёбы или работы. Или приходится возвращаться к родителям-алкоголикам. Мы сделали огромный шаг вперёд, когда ушли от обязательной привязки к месту выявления ребёнка, где он, может, никогда и не жил, и никакой социализации у него там нет. Сейчас можно выбирать место жительства, за исключением Кирова, Кирово-Чепецка, Слободского, Вятских Полян и Котельнича. Я был против этого последнего пункта. Логика ограничений понятна: все поедут в Киров. Но зато они останутся жить в области, а если создать условия, то, может, и в районах.

Часто сироты не живут в выданных им квартирах из-за ужасных условий. Фото: www.prokuratura.ur.ru

- Главный аргумент ваших оппонентов – стоимость жилья?

- Недавняя проверка КСП показала, что более, чем в 200 квартирах дети-сироты не живут. А где они живут? Никто не знает! Получается, деньги потрачены, а жильё пустует. Если мы выясним, что большинство из них всё равно уже живёт и работает в Кирове, то почему бы не дать квартиры здесь? Построить дом при наличии готовых коммуникаций гораздо дешевле, чем в районе - себестоимость такого жилья намного ниже, чем его рыночная цена. Киров, в конце концов, пошёл по этому пути. Думаю, нужно какое-то время, чтобы переварить информацию, собранную КСП, изучить ситуацию и поменять её.

Прогнило что-то…

- Выросло число обращений, связанных с правом на образование. На что жалуются родители?

- Ситуации разные. В одной из школ учительница ударила ученицу головой о стол, в другой – пять девочек систематически издевались над одноклассницей. В одном из лицеев учительница позволяла себе употреблять такие слова, как «глухой», «тупой», «дурачок». Была и совершенно дикая ситуация: педагог не нашла подхода к ребёнку и дошло до того, что три недели он учился в коридоре, сидя у открытой двери. И всех всё устраивало.

Ситуации индивидуальны, но их количество говорит о том, что есть некая системная проблема: такие конфликты не возникают внезапно - они долго тлеют в недрах школы. И нередко администрация учебного заведения не предпринимает мер для их урегулирования, хотя большую часть конфликтов можно разрешить без нашего участия.

Все чаще у детей возникают конфликты в школе. Фото: Shutterstock.com

- То есть родители и учителя оказываются по разные стороны баррикад?

- Когда мы усаживаем их за один стол, ситуация очень напоминает семейные разборки. Но в результате всё же удаётся договориться. При этих разговорах должна присутствовать какая-то третья, нейтральная, сторона. Фактически мы и есть служба примирения, которая позволяет всем выговориться и понять, что проблема зачастую не стоит выеденного яйца.

«Перестал верить на слово»

- У вас никогда руки не опускаются? Ведь нельзя же заставить взрослых и даже родителей любить детей, заботиться о них, не унижать и тем более не убивать.

- Опускаются. Но нужно понимать, что есть границы полномочий - всё-таки я не Господь Бог. Многие моменты на сегодняшний день не имеют юридического решения. Они абсолютно разные, и, пока человек не обратился с какой-то проблемой, ты даже не знаешь, что такое может быть. Не буду скрывать - есть моральная усталость. Самое тяжёлое в этой работе – пропускать всё через себя. Многое из того, чем приходится заниматься, обычного человека повергает в шок. К сожалению, через нас проходит информация, сколько и как детей убили, сколько их пострадало от сексуального насилия в семьях, скольким вовремя не помогли. Конечно, руки опускаются.

- Где вы черпаете силы?

- Во-первых, поддерживают друзья и семья. Без поддержки и терпения близких ничего бы не получилось. Но могу сказать, что права моих детей в части отцовского внимания и ограничены – им его явно не хватает. Во-вторых, огромное количество светлых людей рядом, общение с ними позволяет держаться на плаву.

- Эта работа в вас что-то изменила?

- Я стал меньше верить людям на слово. И более жёстко разговаривать. Иногда это чуть ли не единственный способ заставить уделять детям больше внимания. Очень часто взрослые пытаются притянуть ребёнка к решению каких-то своих проблем.

- От кого надо защищать детей?

- От взрослых. Во всех проблемах детей виноваты именно взрослые. Взрослые, воспитывая ребёнка должны помнить: всё, что они скажут, сделают или не сделают, отразится на его жизни в будущем.

Досье

Владимир Шабардин. Родился 4 сентября 1970 г. в Кирове. Окончил факультет иностранных языков КГПИ и Московскую государственную юридическую академию. Работал преподавателем английского языка, гендиректором нескольких СМИ, являлся депутатом Кировской городской Думы и областного Заксобрания. С 1 июля 2010 г. – уполномоченный по правам ребёнка в Кировской области. Женат, двое детей.

Для справки

Обратиться к детскому омбудсмену можно по телефону: (8332)64-10-85 или по электронной почте deti-43@yandex.ru

Смотрите также:



Материал подготовлен:
Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Как стать донором крови?
  2. Зачем нужна «вафельница»?
  3. Зачем детям платить налог за недвижимость?
  4. Сколько новых детских садиков построят в Кирове?
  5. Что такое «нулёвые» квитанции?
  6. Кому положена бесплатная прививка от гриппа?
  7. Почему так много кировчан стремятся сменить место работы?
Самое интересное в регионах
Роскачество