Древо памяти. В старом некрополе нашли уникальные надгробия

Память об ушедших в мир иной близких мы храним не только в своих сердцах. Для многих важно прийти на место захоронения и вспомнить родного человека. Крест, плита или скульптура — надгробия бывают самыми разными. Так было и раньше. Сотрудники научно-исследовательской археологической лаборатории ВятГУ рассказали сайту kirov.aif.ru об уникальных надгробиях, которые находятся на старом некрополе в Слободском. Настолько редких, что в стране они практически не встречаются.

Корни в камне

Уникальные надгробные памятники научная группа из ВятГУ обнаружила вблизи кладбищенской церкви Троицы Живоначальной. Выглядят они удивительно. На первый взгляд кажется, что перед нами небольшой пень с корнями. Присмотревшись внимательнее, становится понятно, что он вырезан из камня. Сотрудники лаборатории говорят, что материалом для этих композиций послужила опока (микропористая кремнёвая осадочная горная порода).

«Одно из надгробий состоит из корневой шейки и четырёх корней. „Кора“ пня украшена „бороздами“. Ощущение естественности и непринуждённости создаётся также „опавшими листьями“. Второй памятник-пень тоже состоит из корневой шейки, на которой вырезаны зигзагообразные полосы, и четырёх корней», — пояснили сотрудники археологической лаборатории.

Эпитафии, как и следов того, что она вообще была, на памятниках нет. Надгробия в форме пней — большая редкость. Идея пришла из Европы, на кладбищах России их начали устанавливать во второй половине XIX века. Пик популярности пришёлся на конец XIX — начало XX веков. Специалисты связывают это, прежде всего, с распространением идей модерна. Дерево символизирует и жизнь, и смерть. Будучи живым, с раскидистой кроной, оно воплощает непрерывность бытия, а уже срубленное является символом утраты. Мастера-камнерезы по желанию заказчиков воспроизводили природные линии, декорировали надгробия листьями, подвесными гирляндами, венками. Иногда добавляли военную и морскую атрибутику.

«Слободской некрополь оказался настоящей сокровищницей. Дендральные „пни“ — лишь одна из многих интереснейших находок. Мы выявили более 16 различных типов памятников! Это не только классические саркофаги, стелы и обелиски, но и редкие для региона жертвенники, аналои, а также памятники в виде колонн, пирамид и даже шаров, — рассказал заведующий лабораторией Алексей Кайсин.— Некоторые из них имеют очень красивую и сложную резьбу. Например, один из памятников представляет собой пентрально-дендральный тип — композицию из каменной горки, из которой „растёт“ ствол, украшенный якорем, свитком и сердцем».

На этом памятнике есть эпитафия. На лицевой стороне написано: «Степан Семёнович поставил правнучкам Тамара и Любовь Черных». На оборотной стороне: «Последний дар дорогой жене и дочке от мужа и деда».

Как и в любой другой сфере, в мемориальной культуре были свои тенденции. Это очень наглядно видно на материалах Слободского некрополя.

«Наши исследования показали, что в конце XVIII — первой половине XIX века доминировали массивные каменные саркофаги, часто богато украшенные резьбой. Затем, во второй половине XIX века, на смену им приходят более строгие и вертикальные формы — стелы, обелиски и колонны, что связано с распространением классицизма, — говорит заведующий лабораторией. — На рубеже XIX–XX веков, как мы уже говорили, в моду входят дендральные формы, как отражение стиля модерн, и памятники в русском стиле, например, в виде часовен. Это прямое отражение художественных вкусов и идеалов своего времени».

Так что по форме и декору надгробия можно достаточно точно определить его эпоху.

Город мёртвых

Некрополь в Слободском археологи изучают с 2022 года, хотя интерес к нему как к источнику информации возник раньше. Это кладбище было создано в 1773 году после сенатского указа 1772 года, который предписывал хоронить умерших за пределами городской черты из-за эпидемии чумы. До этого, как и везде в России, захоронения производились при приходских церквях в центре города.

«На территории Слободского существовали и более ранние могильники. Например, у Екатерининской церкви (Слободской-I могильник) обнаружены захоронения XVII–XVIII веков., а у Преображенской церкви (Слободской-II) — ещё более ранние, относящиеся к XIV–XV векам То есть традиция погребений на этом месте уходит корнями в глубокое Средневековье. Но основное городское кладбище, которое мы сейчас изучаем, начало формироваться именно в конце XVIII века и функционировало вплоть до 1960 года», — поясняют археологи.

Итогом масштабного проекта сотрудников ВятГУ, поддержанного грантом Российского научного фонда, станет полноценная методика историко-археологического описания городских некрополей XVIII — первой половины XX века.

«Мы уже несколько лет разрабатываем и оттачиваем её на практике, изучая Слободской некрополь. Это первый в стране опыт всестороннего, комплексного подхода к изучению кладбищ, а не фрагментарного описания отдельных участков или типов памятников, — пояснил Алексей Кайсин. — Значение этой работы огромно. Кладбище — это не просто место скорби, а настоящий город мёртвых (некрополь), который является бесценным историческим источником. Он позволяет нам заглянуть в прошлое, понять социальную структуру общества. По надгробиям мы можем определить социологический срез, имущественное и сословное положение людей, их профессиональную принадлежность.
По словам археолога, эпитафии и символы на памятниках рассказывают о духовной культуре, повседневности и даже о демографических аспектах, например, о причинах смертности в разные эпохи. Кроме того, это бесценный материал для специалистов по генеалогии. Изучение некрополей — это не просто сбор фактов, это сохранение исторической памяти и идентичности для будущих поколений».

Кстати, бывший губернатор Кировской области Никита Белых рассказал на своей личной странице в соцсети, что недавно в Архангельске, на кладбище у Свято- Ильинского собора, установили памятную плиту вятскому купцу Ксенофонту Анфилатову. Изготовили её энтузиасты из Слободского.

Ксенофонт Анфилатов первым в Российской империи отправил торговую экспедицию в молодые Северо-Американские Соединённые Штаты, открыл первый в России общественный банк, который формировал капитал за счёт взносов купцов, прежде всего самого Анфилатова, кредитовал под разумный процент местных предпринимателей, мещан и городское население, помогая развивать местную торговлю и промыслы, а прибыль шла на нужды города и благотворительность. По образцу этого учреждения в стране было создано 286 общественных банков.

Открыть неизвестные страницы. Музей обратился к кировчанам с предложением Подробнее